Люди

В современном бизнесе уже недостаточно просто достигать результатов — куда важнее понимать, за счёт чего они возникают и как долго могут сохраняться. Всё чаще устойчивость компаний определяется не цифрами в отчётах, а качеством среды, которую формирует лидер.

В нашем новом интервью предприниматель Евгения Романенко рассуждает о том, почему KPI — лишь следствие, как среда определяет масштаб личности и бизнеса, зачем предпринимателю работать с социальными инициативами и почему настоящий успех со временем начинает измеряться не деньгами, а людьми и возможностями, которые ты создаёшь.

Евгения Романенко — инвестор, управляющий собственник TR-Project — провайдера в области трейд-маркетинга, ритейла, FMCG и IT-решений для крупного бизнеса. Эксперт в области стратегического развития бизнеса, масштабирования и управления командами. Спикер МШУ Сколково, Клуба Первых, Клуба 500, МБМ, MBA РУДН, член РСПП. Автор сертифицированных образовательных программ для предпринимателей и руководителей, меценат проектов в сфере образования и развития талантов.

– Евгения, можно ли сказать, что управлять только результатами бизнеса сегодня недостаточно? А чем тогда — людьми, средой, смыслами? Что ломается в бизнесе, если лидер не выходит за рамки классических KPI?

– На самом деле я говорю ровно обратное: управлять результатом необходимо — без этого нет бизнеса. Просто KPI — это градусник, а не лекарство. Цифры всегда следствие. Первопричина — люди. Правильные люди приходят и остаются с тобой не потому, что им интересны проценты выполнения плана, а потому, что им близки смыслы.

И вот здесь начинается настоящая работа лидера — создать среду, в которой происходит разворот мышления. В которой сотрудник перестаёт быть исполнителем и становится соавтором. Если лидер живёт только в логике «план — факт — премия», он рано или поздно упирается в потолок: команда делает ровно столько, сколько с неё спрашивают, и ни шагом больше.

А бизнес, который не растёт качественно, в какой-то момент перестаёт расти и количественно. Это математика, а не философия.

– Социальный проект для топ-менеджера — это про ресурсы или про уязвимость? Почему вообще успешный человек тратит время на то, что не приносит прямых денег?

– Потому что в какой-то момент ты просто не можешь не делать. Если мы говорим про настоящий успех — а это не оболочка, не статус и не цифры в отчёте, а внутреннее состояние — то он возможен только там, где появляется наполненность и желание отдавать. Дальше это уже вопрос масштаба: личности, бизнеса, ответственности.

Социальный проект для зрелого лидера — это не уязвимость и не благотворительность ради галочки. Это естественное продолжение того, кто ты уже есть. Когда у тебя достаточно ресурса — времени, денег, влияния, насмотренности, — отдавать становится так же органично, как и зарабатывать. А успех с пустотой внутри — это, на мой взгляд, самая дорогая бедность, которая существует.

– Если бы вам пришлось выбирать: год с рекордной прибылью, но без влияния на общество, или год с умеренным ростом, но с реальными изменениями вокруг — что выберете и почему?

– Честно? Я не верю в эту дилемму. В нашем бизнесе работают тысячи человек — это тысячи семей, тысячи историй, тысячи решений, которые мы принимаем каждый день. Если по итогам года ты показал рекордную прибыль — значит ты по-настоящему правильно сработал со своими людьми, партнёрами, клиентами. По-другому не бывает.

Прибыль не падает с неба — её приносят люди, которые в тебя поверили. Финансовый результат — это просто отложенный показатель того, насколько хорошо ты повлиял на среду вокруг себя. И давайте честно: масштабное влияние без ресурсов — иллюзия. Меценатство, поддержка талантов, развитие людей — всё это требует денег. Поэтому я выбираю не «или–или», а «и–и». Сильный бизнес, который и зарабатывает, и меняет среду вокруг.

Как среда влияет на реализацию потенциала

– Талант — это стартовая точка, но ключевую роль играет окружение. Приведите пример из жизни: вы видели человека с огромным потенциалом, который не взлетел только потому, что оказался не в той среде?

– Сколько угодно. Самый частый сценарий — талантливый человек попадает в среду, где «высовываться» небезопасно. Ему говорят: «Не лезь, тебе что, больше всех надо?» И через пару лет ты его не узнаёшь — он научился молчать, согласовывать, не рисковать. Талант никуда не делся, но он перестал работать.

Я видела блестящих ребят, которые приходили в большие, но усталые системы и постепенно становились серыми. И видела обратный сценарий: человек со средним стартовым ресурсом попадал в правильное окружение и через три–пять лет вырастал в фигуру, которую невозможно не заметить.

Талант, помещённый в неподходящую среду, ведёт себя как растение в неправильном грунте: формально живёт, но не цветёт. Поэтому я для себя сформулировала так: потенциал — это всегда условный капитал. А среда — либо инвестор, либо ликвидатор.

– Если пересадить гениального менеджера из его идеальной экосистемы в токсичную, агрессивную среду — он всё равно добьётся успеха? Или среда сильнее любого таланта?

– Среда сильнее почти всегда. Можно быть гениальным менеджером, но если вокруг нет ни одного человека, который мыслит в твоей логике, ты будешь тратить 80% энергии не на дело, а на то, чтобы не сломаться. Гений в токсичной системе либо уходит, либо адаптируется и теряет себя.

Исключения бывают, но это история про сверхустойчивость и очень дорогую цену — платит за неё сам гений. Я бы не хотела, чтобы талантливые люди расплачивались собой за чужие ошибки в построении систем. Поэтому моя задача как лидера — не «отбирать сильных», а строить среду, в которой сильные хотят оставаться, а средние — расти.

Неравенство возможностей: главная проблема будущего

– Неравенство доходов обсуждают давно. Но вы называете более глубокую вещь — неравенство возможностей. Чем оно принципиально опаснее? Что с ним будет через 10 лет?

– Неравенство доходов — это про сегодня. Неравенство возможностей — это про завтра. И именно поэтому второе опаснее. Доступ к качественному образованию, к наставникам, к окружению, к информации кардинально меняет мышление человека, а вместе с ним и весь поведенческий паттерн.

Ребёнок, который с пяти лет видит, что мир открыт и что усилия конвертируются в результат, и ребёнок, который видит, что «у нас так не бывает», вырастают принципиально разными взрослыми — даже при одинаковом IQ. Через десять лет этот разрыв станет драматичнее: технологии, ИИ, новые профессии — всё это даст огромное ускорение тем, у кого уже есть доступ, и оставит за бортом тех, у кого его нет.

Если мы как общество и как бизнес-сообщество не научимся выравнивать стартовые условия, мы потеряем целое поколение талантов. И это не социальная риторика — это вполне практический риск для экономики.

– Как этот разрыв в доступе к развитию уже сегодня бьёт по бизнесу и экономике? Приведите конкретный пример, где талантливый человек не стал результатом, потому что у него не было «входа».

– Если бы ко мне пришёл талантливый человек, которому нужна была бы только поддержка «входа», у него бы уже не было проблем со средой. Так что таких чистых примеров я не знаю — и в этом, собственно, и есть проблема: настоящие таланты часто просто не попадают в наше поле зрения.

Зато я знаю много обратных примеров — людей, которые не обладают реальной экспертизой, но прекрасно умеют пользоваться средой. Они создают вокруг себя красивый мыльный пузырь, за которым по факту ничего нет. Им доверяют проекты, бюджеты, сервисы — а на выходе бизнес получает плохой продукт, потраченные деньги и разочарование. И это бьёт не только по конкретному заказчику — это подрывает доверие к целым отраслям.

Поэтому проблем на самом деле две. Настоящий талант не заявляет о себе, а «воздушные» эксперты заполняют рынок. У меня даже есть для этого формула: настоящий талант почти всегда скромен, самозванец — никогда.

Первую проблему решаем на раннем этапе: поддерживаем талантливых студентов и школьников, создаём пространство, где бизнес может их видеть и подключаться. Вторую — через культуру результата: чем прозрачнее становятся метрики, репутация, реальные кейсы и отзывы, тем сложнее долго удерживаться на одном умении себя продавать. Рынок взрослеет, и мыльные пузыри лопаются быстрее.

– Почему талант без поддержки не способен генерировать результат?

– Образование в одиночку эту проблему не решает. А что тогда решает? Наставник, деньги, связи, везение или всё вместе?
Решает развивающая среда. А она складывается из людей: единомышленников, наставников, тех, кто на полшага впереди и готов делиться.

Деньги, связи, везение — это инструменты, но без среды они не превращаются в траекторию. Можно дать человеку грант, можно открыть ему дверь — но если за этой дверью нет тех, у кого он будет учиться и рядом с кем будет расти, эффект быстро затухает. И ещё один важный нюанс: доступ к развивающей среде формируется через мотивацию самого человека. Можно привести коня к воде, но пить он должен сам. Никакой наставник и никакие деньги не помогут тому, кто не готов работать над собой.

– У вас наверняка были сотрудники, которые без вашей поддержки не взлетели. Что стало тем самым переключателем, который превратил потенциал в реальный результат?

– Хотелось бы верить, что многие мои сотрудники как раз взлетели благодаря команде и среде, которую мы вместе строим. Превратить потенциал в результат можно только через изменение мышления — а это редко происходит в одиночку. Обычно рядом нужен человек, который видит в тебе больше, чем ты сам в себе видишь, и умеет это «больше» из тебя достать.

Который простроит трек, даст обратную связь — иногда неудобную, — и пройдёт с тобой первые сложные участки. Если совсем коротко: лидер — это тот, кто видит человека на размер больше, чем тот видит себя сам. Это не магия, это нормальная работа: разглядеть, поверить, поддержать, предъявить требования и не отпускать руку, пока человек не встанет на ноги.

Лидерство и социальные проекты

– Существует стереотип: социальные проекты — это для PR или для успокоения совести. Как доказать рынку, что это не так? Где вы видите прямую связь между влиянием на среду и долгосрочной ценностью бизнеса?

– Честно? Я не считаю, что это нужно кому-то доказывать. Если рынок или отдельный человек не видит связи между влиянием на среду и долгосрочной ценностью бизнеса — значит у них пока нет полноты картины. Это не их вина, это их горизонт.

Бизнес, который вкладывается в людей, в образование, в поддержку талантов, инвестирует в собственный человеческий капитал на 10–20 лет вперёд. Те самые дети, которым ты сегодня помогаешь раскрыться, через десять лет станут твоими сотрудниками, партнёрами, клиентами, конкурентами — в любом случае участниками той экономики, в которой ты живёшь.

Это не PR. Это самый длинный и самый рациональный инвестиционный горизонт, который вообще существует.

– Какой социальный проект, запущенный вами или при вашем участии, изменил не только других, но и вас самих как лидера?

– Первый и главный социальный проект — это сам бизнес. Обеспечивать тысячи рабочих мест — это уже вклад в социальную ткань: семьи, дети, ипотеки, мечты, планы. И в какой-то момент я для себя сформулировала: если у меня есть ответственность за всех этих людей, то начинать менять мир нужно не с громких внешних инициатив, а со своих.

С многодетных семей внутри компании. С сотрудников, которые попали в сложную ситуацию. С поддержки тех, кто рядом каждый день. Это был мой первый переход в новую лидерскую позицию — с понятной, проговорённой миссией: мы работаем, чтобы делать успешнее наших сотрудников, партнёров и заказчиков.

Следующим этапом стало меценатство — поддержка талантливых детей в области физики и математики. И вот здесь я почувствовала уже совсем другой уровень ответственности. Это не про благодарность сотрудников и не про выручку — это про вклад в будущее, которого я могу и не увидеть.

Про возможность дать талантливому ребёнку тот самый «вход» в среду, без которого его потенциал просто не сработал бы. Именно этот проект, пожалуй, окончательно перевёл меня из логики «достигать» в логику «создавать». И, признаюсь, это было самое спокойное и радостное профессиональное ощущение за последние годы.

Почему успех перестаёт быть только про деньги

– Вспомните себя 10–15 лет назад. Что вы тогда называли успехом? А что считаете успехом сегодня? Когда произошёл этот перелом?

– Десять-пятнадцать лет назад успех для меня — это были измеримые вещи: должность, доход, статус, признание. Я достигала из дефицита: доказывала, догоняла, закрывала. Сегодня я понимаю, что это была абсолютно нормальная стадия — через неё проходит почти каждый растущий лидер. Перелом случился не в один день.

Это был постепенный сдвиг: в какой-то момент достижения перестали радовать так, как раньше, а вопросы «а зачем?» и «а ради кого?» стали звучать всё громче. И тогда фокус переключился с «получать» на «создавать». Если совсем коротко — я перестала измерять успех в граммах и научилась измерять его в людях.

Сегодня успех для меня — это возможность создавать среду, в которой другие становятся успешнее. Это совсем другое топливо. Оно не выгорает.

– Успех без влияния и смысла — это вообще успех? Честно: если бы у вас было столько же денег, но ноль влияния на среду и общество, вы чувствовали бы себя состоявшимся человеком?

Нет, не чувствовала бы. И это бы для меня означало ровно одно: я застряла на уровне мышления десятилетней давности. А это, пожалуй, самая дорогая остановка в жизни. Деньги без влияния — это просто счёт в банке.

Дело даже не в скромности и не в красивых словах: в какой-то момент жизнь сама перестаёт давать тебе удовлетворение от потребления и начинает требовать вклада. Если этого вклада нет — внутри ощущается пустота, которую никаким уровнем дохода не закрыть.

– У вас есть дети. Что важнее передать им: систему достижения целей или понимание того, зачем вообще эти цели нужны? Что бы вы хотели, чтобы они сказали про вас через 20 лет?

Вопрос про детей слишком многослойный, чтобы уместить его в один ответ, но если коротко — им важно передать две вещи: умение учиться и умение трудиться. На этом строится ценностный каркас, который с возрастом превращается в смыслы и мотивацию.

А там, где есть смыслы и мотивация, человек уже не может не делать — он сам идёт к своим целям, и его не нужно подталкивать. Системы достижения целей они освоят сами — этому сегодня учат везде. А вот зачем эти цели нужны — этому учатся только дома, рядом с теми, кто живёт так, как говорит.

А через двадцать лет мне важно услышать от них главное — что они живут свою жизнь, создают свои проекты, приносят пользу обществу и понимают, зачем они это делают. Если это случится — значит, мы всё сделали правильно.

Фотографии: личный архив героини.